Экономист оценил возможные последствия закрытия Ормузского пролива

На фоне обострения ситуации на Ближнем Востоке усилились риски для навигации в районе Ормузского пролива. Этот стратегический водный путь играет ключевую роль в мировой торговле нефтью и сжиженным природным газом — через него проходит около 20% мирового экспорта нефти. В последние дни противостояние США и Израиля с Ираном привело к запрету прохода судов через Ормузский пролив.

Какие экономические последствия может вызвать закрытие Ормузского пролива для нефтяных танкеров?

Экономист Эльдениз Амиров в комментарии Valyuta.az отметил, что текущие процессы, вероятно, не приобретут долгосрочного характера. Ожидается, что в течение нескольких недель ситуация будет поэтапно урегулирована.

«После открытия Нью-Йоркской фондовой биржи в 18:30 по бакинскому времени колебания на рынках станут более заметными. В частности, существует вероятность снижения фондовых индексов и котировок рискованных акций. Однако ожидается, что эти изменения будут краткосрочными. Риски вокруг Ормузского пролива сохраняются, однако его долгосрочное закрытие не рассматривается как реалистичный сценарий, а вероятность полной остановки мирового экспорта нефти оценивается как низкая. Более того, такой шаг может нанести серьезный ущерб одному из ключевых партнеров Ирана — Китаю», — подчеркнул эксперт.

По его словам, в краткосрочной перспективе не исключены определенные негативные последствия для национальной экономики. Рост цен на энергоносители может сформировать дополнительные финансовые дивиденды. С другой стороны, ускорение инфляции, возможные сбои в цепочках поставок и общая нестабильность способны вызвать отрицательные последствия для стран региона, в том числе для Азербайджана.

«Тем не менее через несколько месяцев после завершения процесса возникшие негативные эффекты, вероятно, будут нивелированы. В целом текущая ситуация с экономической точки зрения считается управляемой, и на данном этапе не ожидается устойчивого кризиса ни в региональной, ни в мировой экономике. При этом нельзя исключать, что более глубокие и структурные последствия могут проявиться как минимум через год по различным экономическим направлениям», — добавил экономист.

Тензиля Агабалаева